Hacker News Digest

Nvidia ведёт переговоры о покупке Hugging Face за сумму, превышающую $13 млрд, что может стать одной из крупнейших сделок компании. Переговоры ведутся в последние недели, но пока соглашение не достигнуто и может сорваться. Ранее Nvidia уже инвестировала в Hugging Face: участвовала в раунде финансирования на $235 млн в 2023 году, когда компания оценивалась в $4,5 млрд, и предлагала $500 млн за долю, которая оценивала Hugging Face в $7 млрд — но получила отказ, так как платформа хотела сохранить независимость от доминирующего инвестора.

Hugging Face — центральная платформа открытого исходного кода для ИИ, где размещены миллионы моделей и наборов данных, используемых разработчиками по всему миру. Приобретение даст Nvidia прямой доступ к этой экосистеме и может увеличить спрос на её чипы. Однако существует риск: нейтральность Hugging Face, которая поддерживает модели и hardware от AMD, Intel и других конкурентов Nvidia, может быть подорвана под властью чипмейкера, что вызывает обеспокоенность в сообществе. Microsoft также встречалась с Hugging Face, но, по данным источников, переговоры не ведутся. Nvidia располагает значительными средствами: $18 млрд запланировано на equity-инвестиции в текущем финансовом году, плюс $47,9 млрд уже вложено в частные компании. Hugging Face основана в 2016 году французскими предпринимателями Клеманом Дела́нгом, Жюльеном Шомоном и Томасом Вольфом.

Обсуждение выражает опасения, что покупка Hugging Face Nvidia поставит под угрозу нейтральность платформы, ограничит открытые модели и усилит анти-трастовые риски. Nvidia уже демонстрировала практику запрета квантизированных моделей и ограничений на не-CUDA аппаратуру, что подрывает идею аппаратно-агностичности. Компания может получить контроль над ключевыми инструментами экосистемы — Transformers, Diffusers, PEFT — и повлиять на допуск моделей, превратив Hugging Face в «AI app store» под своим управлением. Отмечается резкий рост оценки: от отказа от $500 млн при $7 млрд до возможной покупки за более чем $13 млрд, что вызывает вопросы о реальной стоимости. Hugging Face в основном функционирует как файловый хостинг, а не источник значимого дохода. Nvidia получит доступ к данным о загрузках и аппаратных конфигурациях пользователей, что поднимает вопросы конфиденциальности и монополизации. Ожидается продвижение CUDA-оптимизированных моделей и ограничение производительности на не-Nvidia GPU и ARM-процессорах. Некоторые надеются на бесплатные кредиты для разработчиков, но большинство видят в этом укрепление монополии и создание «постоянного низшего слоя» разработчиков. Вертикальная интеграция воспринимается как опасная тенденция. Сравнения с покупкой GitHub Microsoft упоминаются, но большинство считают риск для открытого сообщества высоким. Советуют заранее резервировать важные модели в децентрализованных архивах или через торренты. Альтернативами называются ModelScope и другие сервисы, не базирующиеся в Китае. Некоторые шутят о смене логотипа и названия — как символе потери идентичности.

Канада ведёт переговоры с США о торговом соглашении, стремясь сохранить безтариный доступ к американскому рынку, снизить американские пошлины на ключевые отрасли и защитить малый бизнес. Цель — обеспечить стабильность и суверенитет, но при этом не соглашаться на несправедливые условия, которые ставили под сомнение надежность партнёра.

В результате переговоров договорённость не достигнута, и правительство объявило о приостановке обсуждений, отправив переговорную группу домой. В ответ на план США ввести 50 % пошлины на $28 млрд канадских товаров, Канада готов ответить тем же уровнем пошлин. При этом страна продолжает инвестировать в внутреннюю инфраструктуру ($500 млрд), расширять экспортные рынки и привлекать иностранные инвестиции, которые сейчас растут в два раза быстрее, чем у ближайших конкурентов G7.

Тарифы США резко подорожали канадские товары — например, древесина подорожала на 50% — усугубив инфляцию и угрозу потери до 90 000 рабочих мест. Канада сильно зависит от США: 70% экспорта идёт туда, что делает её уязвимой к любым ответным мерам. Американские компании менее заинтересованы в канадском рынке, что ослабляет переговорную позицию Канады. Новые тарифы нарушают CUSMA, фактически обесценивая соглашение. Некоторые считают ответные тарифы оправданным противодействием, другие — что они лишь удорожают потребителям и подавят экономику. Предлагаются меры давления: экспортный налог в 50% на кленовый сироп и электроэнергию, субсидирование пострадавших экспортёров. Также предлагается отменить законы вроде DMCA, чтобы снизить зависимость от американских технологий. Отмечается, что США используют торговлю как политическое оружие, сравнивая это с мафиозными методами. Президент США может вводить тарифы без одобрения Конгресса — это вызывает конституционные вопросы. Некоторые полагают, что тарифы могут быть признаны неконституционными, требуя компенсаций. Критикуют избирательность аргументов о торговом дефиците — игнорируются цифровые услуги. Долг США — $130 000 на душу населения — ставит под сомнение устойчивость торговой войны. Тарифы могут ускорить сближение Канады с Китаем и другими неамериканскими партнёрами.

Oracle запрещает использовать ИИ‑сгенерированный код в OpenJDK, опасаясь угроз безопасности, конфиденциальности и нарушения прав на интеллектуальную собственность. Разработчики могут применять модели в личных целях — для отладки и ревью, но подавать такие фрагменты в репозитории, pull‑request’ах или иных каналах проекта нельзя. При этом внутри компании практики противоречат этой позиции: соучредитель Ларри Эллисон заявлял, что ИИ‑модели уже пишут код Oracle, а со‑CEO Майк Силлиcia отмечал рост эффективности за счёт сокращения штатов. Компания планирует потратить $70 млрд на расширение дата‑центров, что привело S&P к понижению рейтинга до BBB‑.

Ключевые цифры: $70 млрд инвестиций в инфраструктуру, рейтинг S&P = BBB‑ (на один шаг выше «мусорного»), запрет на ИИ‑код в OpenJDK. Яркие факты: внутреннее противоречие политики, когда внешне Oracle заявляет, что «не пишет» код, а внутри использует ИИ‑генерацию; одновременно компания активно инвестирует в ИИ‑инфраструктуру.

Тред обсуждает риски использования ИИ-генерированного кода в OpenJDK — проблемы авторства, безопасности и ответственности. Разработчики считают, что Oracle запрещает такой код, чтобы избежать юридических рисков. Некоторые считают запрет чрезмерным и предлагают вместо полного запрета ввести контрольные меры. Все согласны: ИИ-код следует использовать с осторожностью и обязательно проверять на безопасность и авторство.

В 2026 году ветровая и солнечная генерация впервые обогнала уголь и газ в энергобалансе Германии, составив более 55 % всех произведенных киловатт‑часов. Это стало возможным благодаря рекордному набору новых ветропарков в Северном море и масштабным субсидиям на солнечные крыши, которые привлекли инвестиции в размере €12 млрд за последний год.

Эксперты отмечают, что переход к чистой энергии ускорит сокращение выбросов CO₂ на 30 % к 2030 году, а также снизит зависимость страны от импортного газа. “Мы видим, как быстро меняется энергетический ландшафт — теперь Германия может экспортировать избыток «зеленой» электроэнергии в соседние страны”, — подчеркивают в отраслевом аналитике.

Обсуждение дополняет статью, подчеркивая, что успех Германии в энергетике ограничен рамками электрогенерации, игнорирует глобальный контекст и сталкивается с критикой по поводу надежности возобновляемых источников и экономических последствий для промышленности.

• Совет: Батареи с правильными инвертерами полностью решают проблему отсутствия инерции в солнечных и ветровых системах, обеспечивая достаточное время для запуска резервных тепловых электростанций.

• Совет: Сетевые инвертеры с формированием инерции и рынки инерции делают решение проблемы стабильности сети технически простым — ключевым остается накопление энергии.

• Спор: Некоторые отмечают, что Германия импортирует значительное количество электроэнергии (включая ядерную из Франции), поэтому достижение превосходства ВИЭ в собственной генерации не означает полного отказа от ископаемого топлива.

• Спор: Сравнение только электрогенерации вводит в заблуждение — если учитывать весь энергобаланс, включая транспорт и промышленность, прогресс в Германии выглядит менее впечатляюще.

• Спор: Германия сократила ядерную генерацию, что ухудшило её углеродный след — Франция, сохранившая АЭС, демонстрирует более низкие выбросы при аналогичном уровне потребления.

• Совет: Хранение тепла в песке и кирпичах — перспективная альтернатива электрическим батареям, позволяющая напрямую использовать тепло для промышленных процессов и отопления.

• Совет: Солнечные фермы, напрямую подключенные к тепловым накопителям, уже снижают затраты на энергоснабжение для промышленных предприятий, например, в компаниях по розливу минеральной воды.

• Спор: Даже если Германия полностью обнулит свои выбросы, её вклад в глобальные выбросы CO2 — всего 1,5%, поэтому локальные успехи не решают климатическую проблему в масштабе планеты.

• Спор: Экономика Германии стагнирует: промышленность сокращает производство, закрываются заводы, растут жалобы на цены на энергию и разрушение инфраструктуры — это цена перехода на ВИЭ.

• Совет: Сравнение по странам показывает, что США и Китай используют в 4–8 раз больше ископаемого топлива, чем вся Германия — локальные успехи не отражают глобального бездействия.

• Совет: Возобновляемая энергия даёт конкурентное преимущество в производстве и ИИ — это объясняет враждебность США к её развитию, несмотря на риторику о «мошенничестве».

• Спор: Проблема ВИЭ — не в их эффективности, а в надежности на протяжении нескольких дней без солнца и ветра — это требует дорогостоящих систем хранения и передачи.

• Спор: Консервативная оппозиция ВИЭ в США — не идеологическая, а результат лоббирования энергокомпаний и племенной политики, а не принципиального противостояния традиционным ценностям.

• Спор: Сравнение выбросов CO2 от гамбургера и автомобиля вводит в заблуждение — основной вклад мяса — это метан, а не CO2, и его эквивалентность не всегда корректно интерпретируется.

• Совет: Потребление сыра в плане выбросов хуже, чем курицы — переход на вегетарианство без отказа от молочных продуктов не даст значительного климатического эффекта.

Batteries paired with the right inverters solve this fully. Buys you enough time for powering up backup power in the form of a good old steam turbine (gas or coal powered). No need to keep spinning if they aren't needed.The good news is that batteries are deployed at almost the same scale as solar… — @jillesvangurp

Глава Google Сундар Пичай предупредил о наличии "элементов иррациональности" в текущем инвестиционном буме в области искусственного интеллекта. По его словам, хотя рост инвестиций в ИИ и стал "исключительным моментом", существует опасение формирования пузыря на фоне стремительного роста стоимости AI-компаний и крупных трат в этой отрасли. Пичай подчеркнул, что ни одна компания, включая саму Google, не будет застрахована от последствий возможного лопания этого пузыря.

Акции Alphabet, материнской компании Google, за семь месяцев удвоились в стоимости, достигнув $3,5 трлн, на фоне растущей уверенности инвесторов в способности компании противостоять угрозе со стороны OpenAI, создателя ChatGPT. В своем интервью Пичай также затронул вопросы энергетических потребностей, климатических целей, инвестиций в Великобританию, точности AI-моделей и влияния революции в области ИИ на рынок труда.

• Ведущие технологические компании продолжают инвестировать в ИИ, несмотря на признание, что это может отталкивать потребителей и подрывать доверие к продукту.
• Критика ИИ как "пузырь" исходит как от сторонников, так и от скептиков, но крупные игроки продолжают вливать в него деньги, утверждая, что это не пузырь.
• Существует мнение, что ИИ-инвестиции могут быть способом избежать рецессии, но при этом же самом факторе создает риск, что в будущем не будет спроса на товары и услуги.
• Наблюдается тенденция, что крупные технологические компании, которые вложились в ИИ, могут оказаться "слишком большими, чтобы упасть", в то время как стартапы и другие меньшие игроки могут не выжить, если пузырь лопнет.

Уоррен Баффетт конвертировал 1 800 акций класса А в 2,7 миллиона акций класса Б для передачи четырем благотворительным фондам семьи, включая 1,5 миллиона Фонду Сьюзен Томпсон Баффетт. В своем обращении к акционерам Баффетт объявил, что перестанет писать ежегодные отчеты Berkshire и выступать на годовых собраниях, отметив: "Я 'замолкаю'". Грег Эбель станет новым CEO компании в конце года, а Баффетт продолжит общаться с акционерами через ежегодное послание в День благодарения.

В своем послании Баффетт поделился воспоминаниями о детстве в Омахе 1930-х годов, включая историю о том, как в 1938 году он едва не умер от аппендицита, но благодаря своевременному вмешательству врача выжил. Также он рассказал о своей дружбе с Чарли Мангером, который жил всего в одном квартале от дома Баффетта, но они не встретились до 1959 года, хотя Мангер оказал огромное влияние на Баффетта более чем на 60 лет.

• В обсуждении поднимается тема, что настоящая величина не измеряется богатством, а добрыми делами и влиянием на других людей.
• Участники обсуждают, что Баффет не только не отдает свое состояние благотворительным организациям, но и не использует его для решения глобальных проблем.
• Участники также обсуждают, что Баффет не использует свое влияние для продвижения социальной ответственности бизнеса.
• Участники также обсуждают, что Баффет не использует свое влияние для продвижения социальной ответственности бизнеса.

Replit, основанный в 2016 году, прошёл путь от «браузерный IDE» до «запускай код в 2 секунды» и, наконец, до «облачный GPU-ферма для миллионов людей». Но в 2025-м, когда компания оценивается в $3 млрд, она всё ещё не зарабатывает денег: 150 млн долл. годового дохода, 0 прибыли. Под давлением инвесторов, Replit теперь должен доказать, что может удержать рынок, который он только что нашёл.

• Replit отказался от своей первоначальной идеи онлайн-IDE и перешёл на AI, что вызвало критику за отказ от уникального продукта и вступление в перенасыщенный рынок AI-инструментов.
• Сокращение штата на 50% и полный отказ от бесплатного уровня вызвали волну негатива, особенно в контексте обвинений в том, что компания не предоставляет ценность взамен деньгам инвесторов.
• Несмотря на то, что Replit утверждает, что они "выросли в доходах", критики указывают на то, что компания до сих пор не имеет устойчивой модели доходов и что их продукт может быть легко реплицирован крупными игроками.
• Некоторые комментаторы выражают ностальгию по старому Replit, особенно в контексте его использования в образовании, и обвиняют компанию в "предательстве" open-source энтузиастов, которые помогли ей на ранних этапах.
• В то же время, другие указывают на то, что Replit может быть приобретён крупной компанией, такой как OpenAI или Anthropic, как следствие его связей с YC, и что это может быть единственным способом для инвесторов вернуть свои деньги.

Джефф Безос считает, что искусственный интеллект сейчас находится в «промышленном пузыре», когда даже слабые идеи получают финансирование, но сама технология реальна и фундаментальна. Он подчеркивает, что ИИ изменит каждую отрасль и принесёт обществу огромные выгоды, несмотря на текущую переоценку. По его словам, подобные пузыри — временное явление, а долгосрочный потенциал технологии остаётся колоссальным.

• Проводится аналогия с пузырем доткомов: многие неудачные проекты провалятся, но реальные технологии ИИ останутся и принесут пользу.
• Высказываются опасения, что основную выгоду от ИИ получат крупные корпорации и богатые инвесторы, а не общество в целом.
• Отмечается, что текущий ажиотаж приводит к финансированию как перспективных, так и сомнительных проектов, что характерно для пузырей.
• Подчеркивается, что несмотря на возможный крах многих стартапов, фундаментальные технологии ИИ изменят многие отрасли, как это произошло с интернетом.
• Обсуждается негативное влияние ИИ на рынок труда, рост неравенства и проблемы с инфраструктурой и стоимостью разработки.

Технологические компании вкладывают в ИИ-инфраструктуру около $400 млрд в год — это больше, чем стоимость программы «Аполлон» в пересчёте на десятилетие, но тратится такая сумма каждые 10 месяцев. При этом потребительские расходы на ИИ-услуги составляют лишь $12 млрд в год, создавая гигантский разрыв между инвестициями и отдачей.

Признаки пузыря налицо: стартапы вроде Thinking Machines привлекают миллиарды без готового продукта и даже без внятного плана, а рынок акций движется не фундаментальными показателями, а чистой спекулятивной динамикой. Крупные игроки используют бухгалтерские уловки, чтобы скрыть реальные расходы и искусственно завысить прибыль, что напоминает финансовые схемы времён ипотечного кризиса 2008 года.

• Участники обсуждают, является ли текущий бум ИИ экономическим пузырем, проводя параллели с историческими примерами спекулятивных маний (каналы, железные дороги, доткомы).
• Высказываются сомнения в текущей бизнес-ценности и монетизации ИИ для массового пользователя, отмечая, что многие используют бесплатные версии, а реальная прибыльность инвестиций неочевидна.
• Подчёркивается, что компании продолжают инвестировать из-за страха отстать и веры в долгосрочный потенциал технологии, включая возможность достижения AGI (искусственного общего интеллекта).
• Отмечается, что ИИ уже оказывает значительное влияние на отдельные области (поиск, программирование, автоматизация труда), и его внедрение растёт, но масштабы затрат могут не окупиться.
• Обсуждаются риски, связанные с концентрацией производства чипов на Тайване и геополитической напряжённостью, что может угрожать всей отрасли.

Y Combinator, ведущий акселератор стартапов, оказался поглощён пузырем ИИ: из 170 компаний летнего набора 2025 года 154 занимаются искусственным интеллектом. Программа стала короче, стартапы вынуждены развиваться быстрее, а почти каждый участник строит бизнес вокруг ИИ — от агентов и голосовых помощников до инструментов для видео и браузеров. Это беспрецедентная концентрация на одной технологии за 20 лет существования YC.

Такая однородность создаёт риски: перегретый рынок, жёсткая конкуренция и возможный крах, если тренд иссякнет. Основатель Interfere Люк Шилс отмечает, что все таланты Кремниевой долины теперь устремлены в ИИ, что усиливает давление на инновации и устойчивость бизнес-моделей.

• YC активно инвестирует в AI-стартапы, что приводит к конкуренции между собственными портфолио-компаниями и созданию множества схожих продуктов.
• Наблюдается перекос в сторону AI-тематики: большинство новых стартапов в батче YC и обсуждений на HN связаны с искусственным интеллектом, что вызывает усталость и критику.
• Многие AI-стартапы представляют собой простые обёртки над API крупных моделей (например, ChatGPT) и не несут реальной инновационной ценности.
• Инвесторы и венчурные фонды сконцентрированы исключительно на AI-направлении, создавая ажиотаж и потенциальный пузырь.
• Широкое внедрение AI вызывает опасения: делегирование важных решений ИИ, использование bossware и снижение критического мышления у пользователей.

ASML и Mistral AI заключили стратегическое партнёрство
ASML, мировой лидер в области литографического оборудования, и Mistral AI, европейская компания по разработке ИИ, объединят усилия для ускорения инноваций в производстве полупроводников. Сотрудничество сфокусировано на применении ИИ к оптимизации сложных процессов микролитографии и повышению точности систем ASML.

• ASML вложил 1,3 млрд € в раунд Mistral на 1,7 млрд €; для компании с выручкой 28 млрд € это крупная, но не критичная ставка.
• Большинство участников не видит технологического синерджиза: ASML делает фотолитографию, Mistral — LLM, и заказчики ASML уже покупают всё, что можно произвести.
• Инвестицию чаще объясняют политикой: ЕС хочет «своего» игрока в ИИ, а ASML — европейского союзника и лояльность Франции.
• Сомнения в Mistral: отстают по моделям, нет уникального преимущества, бывшие сотрудники говорят о слабом внедрении ИИ внутри самой ASML.
• Оптимисты надеются, что деньги и господдержка помогут Mistral повторить прорыв вроде DeepSeek, но рынок считает раунд «европейским GoFundMe» на фоне десятков миллиардов у US/China-игроков.

Databricks привлекает раунд Series K при оценке >$100 млрд.
Компания, предоставляющая платформу для аналитики и ИИ, подтвердила переговоры о новом финансировании. Сумма сделки и имена инвесторов пока не раскрываются, но источники называют ориентир выше $100 млрд. Это почти вдвое превышает оценку в $62 млрд, полученную в сентябре 2023 года.

По данным Bloomberg, Databricks выручила за последние 12 месяцев $2,4 млрд, рост 50 % г/г. Компания планирует выйти на IPO в 2025 году.

• Databricks объявил о раунде Series K на $10 млрд при оценке $100 млрд, вызвав волну скепсиса: многие считают это попыткой отложить IPO и избежать реальной оценки.
• Участники обсуждения подчеркивают, что компания за 15 лет и $10+ млрд всё ещё не прибыльна, а продукт (Spark, «обёртки» над Postgres, Lakehouse) кажется переоценённым и дорогим.
• Пользователи жалуются на высокие расходы, долгий запуск задач и сбои в сервисе; конкуренты вроде Snowflake выглядят дешевле.
• Раунд воспринимается как способ «разогнать» оценку и дать ликвидности ранним инвесторам, а не как финансирование роста.
• Сравнения с WeWork, Palantir и OpenAI подчеркивают, что длинные цепочки раундов уже не редкость, но вызывают опасения по поводу «пузыря ИИ».

Вместо «умных» функций — просто работающие.

Везде впихивают ИИ, который никто не просил: браузеры, ОС, конференц-приложения ломаются, но деньги текут в «искусственный интеллект».
Gamescom добавил ИИ-расписание: люди получили сотни ненужных встреч, функцию быстро убрали.
Те же деньги могли бы починить DM, поиск, перенос встреч — базовые вещи, из-за которых все возвращаются к почте и LinkedIn.

Мотив один: быстрая прибыль. В итоге продукты гниют, а инвесторы кормят обещания «вот-вот будет AGI».
Один бюджет крупной компании хватило бы на 100 лет развития Godot, Blender, Ladybird — реальных инструментов, которые нужны сегодня.

Потерянные годы не вернуть.

• Участники жалуются, что вместо починки старых багов и улучшения базовых функций компании впихивают «AI-фичи», которые никому не нужны.
• Многие считают, что инвесторы сознательно выбирают технологии, которые трудно децентрализовать, чтобы сохранить контроль и монополию.
• Одни видят в нынешнем AI-хайпе очередную моду, как было с UML, блокчейном и облаками; другие – шанс на прорыв, оправдывающий «пузырь».
• Популярная идея: деньги лучше бы пошли на документацию, API и совместимость, а не на обучение моделей водить мышкой по браузеру.
• Подводный тезис – проблема не в AI, а в концентрации капитала и в том, что «зелёное поле» проще финансировать, чем ремонт «коричневого».

Американская экономика раскололась: бурный ИИ-сектор и вялая потребительская часть.

• В статистике: траты на ИИ в прошлом квартале росли быстрее потребительских расходов; без ИИ рост ВВП был бы слабым.
• В акциях: за два года около 60% прироста рынка дали компании, связанные с ИИ (Microsoft, Nvidia, Meta); без этого бумa доходность была бы посредственной.
• В бизнес-данных: по Stripe, «ИИ-компании» лидируют по росту выручки, опережая остальные группы.

Что это за бум и откуда деньги? ИИ — это чипы, серверы и дата-центры, огромная электроэнергия, сети и охлаждение. Это крайне дорого. За полгода Meta, Google, Microsoft и Amazon вложили $100–200 млрд в чипы и инфраструктуру. Крупнейшие техгиганты строят на рекордных скоростях — крупнейший инфраструктурный проект со времен ранней компьютерной эры или даже железнодорожного бума.

JP Morgan отмечает: доля Nvidia в совокупных капзатратах компаний может стать максимальной со времен пиковой выручки IBM в 1969. По расчетам Пола Кедроски, капвложения в ИИ как доля ВВП уже превысили дотком-уровни и приближаются к масштабам «позолоченного века» железных дорог.

Этот всплеск финансируется беспрецедентной прибылью лидеров технологий. Их доля свободного денежного потока — рекордная со Второй мировой. Сильные действующие модели (реклама Meta, поисковая реклама Google и пр.) генерируют «горы» наличности, позволяя ежегодно направлять сотни миллиардов на ИИ-НИОКР и инфраструктуру.

• Участники спорят, действительно ли ИИ «поддерживает» весь рост экономики США или просто концентрирует капитал в руках 10–15 гигантов.
• Многие сравнивают нынешний бум с «железнодорожной лихорадкой» XIX века и дот-комом 1999–2000 годов: возможен и прорыв, и взрыв пузыря.
• Поднимается вопрос: если ИИ так продуктивен, почему прибыли растут у «продавцов лопат» (Nvidia, Microsoft), а не у клиентов из S&P 490.
• Часть комментаторов считает, что без ИИ деньги всё равно бы не пошли в реальную экономику, а осели бы в выкупе акций или «загородных REIT-ах».
• Скептики предупреждают: рекордные capex на дата-центры могут обернуться масштабным спадом, если спрос на ИИ-сервисы замедлится.