What we call "age verification" is actually mass surveillance
Меры, которые называют «проверкой возраста», на деле превращаются в всеобъемлющую слежку за каждым, кто пользуется интернетом, — пишет автор. Эта политика объединяет анти‑технологических активистов и консервативных политиков, которым alike нужен минимум лет для доступа к онлайн‑контенту. Они не замечают, что требуемый контроль данных делает рекламную индустрию surveillance‑технологий похожей на детскую игру, а затем используют полученный контроль, чтобы заставить всех установить VPN, а потом запретить её. Для рекламодателей такой закон — идеальный сценарий: каждый пользователь обязан передавать всю свою онлайн‑активность в государственную базу, что делает их бизнес ещё более прибыльным.
При этом «возрастная проверка» часто опирается на сомнительные биометрические методы, например, измерение формы лица, которые пока не способны отличить 17‑летнего от 18‑летнего. Без такой слежки платформы не могут таргетировать детей на анорексию, экстремизм или кибербуллинг, значит, основные угрозы появляются именно из‑за массового наблюдения. Технологические компании используют эту ситуацию, чтобы учить детей обходить блокировки, а затем запрещать обходы, превращая защиту в инструмент контроля. Таким образом, попытка «спасти детей от шпионажа» оказывается самой глупой, очень, очень глупой формой шпионажа.