Rabbits were a medieval royal luxury in England until the Black Death
Кролики не являются коренными обитателями Британских островов — сегодня они один из самых разрушительных инвазивных видов, но их ранняя история отражает социальные перемены средневековой Англии. В римский период уже встречались отдельные особи, однако документальные свидетельства появляются лишь с норманнской эпохи. В 1176 году землевладелец Ричард де Вика признался, что не платил десятину со своих кроликов, полагая, что «с таких вещей десятина не положена», — сама эта путаница говорит о новизне животного. В 1235 году Генрих III подарил десять живых кроликов Джеффри Деспенсеру из своего парка в Гилфорде. Несколькими годами позже король послал людей отловить там 30–40 кроликов, но велел брать их только при хорошем состоянии колонии. Лишь на рождественском пиру 1240 года кролики впервые попали в королевский список закупок. Они стоили в четыре-пять раз дороже кур, а для защиты вольеров от браконьеров и хищников строили сторожевые башни и каменные домики.
Чёрная смерть 1346–1353 годов, унёсшая от трети до двух третей населения Европы, повысила уровень жизни выживших: земля стала доступнее, труд подорожал, и многие переняли быт высших сословий. Кролики перестали быть привилегией знати. К 1555 году швейцарский натуралист Конрад Геснер писал, что «мало найдётся стран, где не разводились бы кролики, но больше всего их в Англии». Средневековые рукописи сохранили и сатирические изображения кроликов — например, скачущего на улитке в бой с щитом и копьём, — отражавшие юмор социальной инверсии, понятный и сегодня.